Любимая девочка дяди Федора. Эдуард Успенский

Вот вроде бы и милая, и смешная и веселая детская книжка, но мне в ней не нравиться излишняя взрослость сюжета. Читая ее, меня постоянно мучило некое чувство ностальгии по первым книгам о друзьях из Простоквашино, по их приключениям и веселой беззаботной жизни. А здесь складывалось ощущение, что все это ушло и разрушилось, и какая-то даже не много мерзкая реальность просачивалась в старую детскую историю. (south-rus.org)

Повесть я прочитала, пока ехала в автобусе. Ни разу такого не было, чтобы за одну поезду прочитать что-то целиком)) Сначала мне дико не понравилось – непривычная я детскую литературу читать, мне подавай фантастическую философию и эпическое фентези, поэтому было тяжеловато. Мне не понравился авторский слог, все понимаю – для детей, но уж больно как-то речь протормаживает и часто выглядит нелепо. Для детей надо делать более плавно, приучать их хорошо говорить! К середине я полностью переключилась и уже начала слышать в своей голове все голоса из мультика – это сильно помогло, ибо я даже начала воспринимать юмор из этой книжки. Не понравилось, что очень все «так же». Вроде сюжет новый, а такой банальный и нелепый, что воспринимается старым и забитым, как выдохшаяся газировка. Поэтому очень забавно было видеть достаточно много на такой маленький текст отсылок к классической или популярной, но взрослой литературе. (vse.vdome.ua)

Глядя на названия вроде «Любимая девочка дяди Федора» или «Дядя Федор идет в школу, или Нэнси из Интернета в Простоквашино», поняла, что вот они, новые времена, сами к нам пришли, на виртуальных лыжах. И, как водится, все плохо. В сказку примешаны самые ненужные персонажи, шутки, наверное, смешны для некоторых детей, но не для всех, а приятные знакомцы вроде кота Матроскина и Шарика показаны с совсем уж неприглядной стороны. Зато, смотрите сами, при всей очевидной слабости этой детской книги, в ней неплохо так отражен срез определенной прослойки общества, а именно некоторых новых бизнесменов, которые вроде бы и люди современные, и к искусству приближаются (о степени понимания и заинтересованности не будем), при этом в голове творится такая катавасия древних суеверий, что впору за голову хвататься. Опустим, что древние суеверия нужны товарищам Матроскину и Шарику вообще для того, чтобы отвадить дядю Федора от девочки. Что теперь, это детская социальная сатира? Вряд ли. Скорее всего, неудачная спекуляция на давно любимом Простоквашино. (krasotulya.ru)

Вот все-таки иногда полезно почитать детскую литературу. Сразу настроение поднимается, хочется побежать мультики посмотреть, найти раскраску, побегать во дворе — одним словом возвращаешься в детство. И как же приятно, что любимые герои детства остаются прежними — наивный Шарик всё бегает с фоторужьем и поддается вредному влиянию Матроскина, Хватайка тащит к себе все вещи, что приглянулись, Матроскин вредничает, пакостит и занимается бизнесом, зарабатывая деньги, а дядя Федор остается идеальным мальчиком. А вот Печкин удивил — решил пойти по стопам своей бабушки, которая на полставки после работы колдуньей подрабатывала, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Но он-то всегда вел себя не совсем адекватно. И все равно в книге что-то не то. Слишком плоско, наивно и примитивно. Или это потому, что я детские книжки давно не читала?

Не сказала бы, что книга плоха, если бы не одно «но» — у меня осталось чувство, что в конце вырезали главу или даже две. Ну, сделали из Простоквашино курорт — еще ладно. Приехала из Америки девочка Катя, с которой дяде Федору дружить захотелось — логично. То, что кот Матроскин ее невзлюбил — опять-таки логично, кошки не всех любят, хотя тут бы дяде Федору насторожиться, но спишем на то, что в этой книге Матроскин более человечен, чем в первой и нелюбовь его объясняется человеческим чувством — ревностью. И в том, что они зелье варили нет ничего слишком странного. Но вот то, что книжка обрывается на том, что дядя Федор ушел гулять по полям с девочкой и память этим восстанавливать, а кот, пес и Печкин убежали в лес, чтобы их не наказали и на этом «Конец»… Н-да. Хеппи-энда явно не хватает для детской книжки. А потому три.