Сивилла. Флора Рита Шрайбер

Вот что бывает, когда правильно подобран психотерапевт Можно долго разглагольствовать, простите устраивать научные диспуты, относительно того, что психолог, психотерапевт, а уж тем более главный специалист по содержимому черепной коробки, должны быть господами пусть увлеченными, но отвлеченными. Симпатий не иметь, где сердце расположено, забыть, в случае вопросов пациентов, отсылать к кардиологу. Нарушение субординации и человеческую эмпатию часто путают, от того быть человечным врачом чревато… У Сивиллы было 15 подруг, которые дали ей приют, дружбу, любовь и спасли от ада «за закрытыми дверями». Психотерапевт — друг шестнадцатый. Женщина, что пренебрегла денежными средствами, чувством профессионального тщеславия, и решила разобраться по-человечески, почему пациентка предпочитает выходить в окно, не любит, оставлять за собой целые стекла и стесняется своих картин, переживая за авторские права. Вопрос об общественной совести, социальной ответственности, потемках чужой души и мраке чужого двора опущен. Автор взялась за три, прошу извинить за шаблонность мышления, актуальных вопроса: 1 Проблема взаимоотношений врача и пациента; 2. Проблема синдрома множественной личности (тут эффекты не столь впечатляющи разнообразием, как то в «таинственной истории Билли Миллигана», но своей тривиальностю пронимают до дрожи, своей тихой, невзрачной обыденностью души, произроставшей в саду равнодушнего социума); 3. Проблема семейного абьюза, материнства и !отцовства! Иногда происходит так, что один из родителей явно ненормален, а второй родитель слеп. В случае с Сивиллой, серьезными проблемами со зрением, как следствием осложнения бездушия, страдал отец. Как страдают таковым недугом многие отцы, которые уверены, будто воспитание детей — это женская забота, а их крест — ежедневное присутствие в ожидании 18-летия отпрыска. Эта история, к счастью, закончилась хорошо. Но сколько таких детей находится в соседских квартирах, созидая с каждой новой травмой нового воображаемого защитника, который держит оборону, утаивая от насилия ядро личности? И это не вина таких матерей и отцов. Это наше с вами равнодушие!

Наверное, страшнее книги я пока не читала. И страшно совсем не то, что у героини 16! личностей. Хотя и это, конечно, тоже не укладывается в голове, но ужаснуло меня совсем другое. Её семья, если это сообщество людей можно назвать семьёй. Шизофреничная мать, которая сделала Сивиллу такой; отец, который вроде бы и ничего плохого не сделал дочери, вернее он вообще ничего не сделал для неё, ни разу не задался вопросом, можно ли оставлять девочку на попечении больной жены; бабушка, которая вроде бы и была добра к внучке, но никак не повлияла её безопасность. Долгие года Сивилла была предоставлена себе, вернее, она понемногу уходила в себя, отрекалась от мира, от боли, от переживаний. Она множилась, если можно так сказать о человеке. «Нормальная при рождении, как и предполагала доктор, Сивилла боролась до возраста двух с половиной лет, после чего воля к борьбе была буквально выбита из нее.» Время от времени возникали личности, которые в свою очередь порождали другие личности, и только сама хозяйка тела ничего о них не знала. Как же это страшно- очнуться однажды посреди города и не вспомнить, где ты, почему здесь находишься, как очутилась и что вообще делала последние несколько дней. Одинокая девушка в шестнадцати лицах. Несчастная молодая женщина, обречённая на страх и провалы в памяти. Она даже выплакать не могла свою боль, ведь уже «к тому времени, как ей исполнилось три с половиной года, она отвыкла плакать.» Как она будет радоваться, когда забудет купить пакет сока. Просто забудет. Но это будет потом. А пока остаётся смирится с тем, что расскажет доктор Уилбур. Пока надо как-то сживаться со всеми шестнадцатью непростыми характерами, темпераментами, обидами и недопониманием, научиться уживаться с собой. И надо сказать, у неё это получается. Сивилла вызывает не только жалость, но и симпатию. Все её личности- самодостаточны и вполне адекватны. Она, или они не причинили никому вреда. Тут девушке повезло. «Чужая семья- тёмный лес».Семья Сивиллы- непроходимые джунгли. Её самые родные люди украли у неё детство, чистые помыслы, мечты и свет. И даже повзрослев, она не смогла избавиться от той грязи, в которую её вываляли в детстве. Даже из могилы мать коверкала судьбу дочери. Счастье, любовь, дети… Нет, это не для Сивиллы. Помнить о том, что произошло вчера, — это для обычных людей, не для неё. Даже симпатию доктора считает случайной, ведь «она принадлежала к другому миру и была обречена оставаться чужаком». Везде и всюду. Сивилла излечилась. Во всяком случае она теперь в единственном числе. Но так ли это? Не знаю. Хочется в это верить. Ведь вера — это спасение, в том числе и от самой себя.

Смешанные чувства вызвал у меня этот роман — я не могу с полной уверенностью сказать, что он мне понравился, но и утверждать обратное тоже не стану. Честно признаться, мне очень трудно дать какую-то конкретную оценку, ведь как можно оценить чью-то жизнь? Это ведь не художественный вымысел автора, а реальная история, которая произошла с Ширли Мейсон, страдавшей расстройством множественной личности. В ней уживалось шестнадцать не похожих друг на друга личностей, двое из которых были мальчиками. Однажды Сивилла вместе с матерью отправляется к врачу, который сразу же понял, что с Сивиллой что-то происходит неладное, и направляет ее к психиатру Корнелии Уилбур. Сивилла рассказывала ей о странных эпизодах своей жизни, когда она оказывалась в различных городах, гостиницах, но сама понятия не имела, как туда попала. Она считала это провалами в памяти, но и не подозревала, что в тот момент она уже была не Сивиллой, а Пегги Лу, Викки или кем-то еще. Сивилла – это Билли Миллиган в женском обличии. У обоих было ужасное детство, что и повлияло на психику и стало результатом расщепления личности. Но если личности Билли подвергали его опасности и совершали противозаконные действия, то у Сивиллы, напротив, они были безобидными и старались ее защитить, взяв на себя многие ее эмоциональные потрясения. Детство Сивиллы было настолько ужасным, что читая о том, что ей пришлось пережить, волосы дыбом вставали, и было безумно жаль главную героиню, ведь в этой жизни, до встречи с доктором, она не получила ни капли родительской любви, дружеской теплоты и понимания. Узнав ближе родителей Сивиллы, ненавидишь их всем сердцем и больше всего не мать, а отца, за его безразличие к происходящему и нежелание как-то помочь и что-то изменить. Обстановка, в которой выросла Сивилла, — это настоящий ад, и все благодаря родителям, которые издевались над ней, и их религиозной фанатичности, запрещавшей все на свете. Книга очень тяжелая и не только из-за своей тематики и жестокостей, с которыми столкнулась Сивилла, но — что самое главное — из-за ее растянутости. Начало романа было многообещающим и интригующим, было интересно следить за жизнью и лечением Сивиллы, но вот дальше становилось скучно, иногда я вовсе теряла нить повествования, забывала какие-то детали, и в итоге я с трудом дочитала книгу. Правда были моменты, когда интерес к книге просыпался, и я читала, не отрываясь, но эти моменты быстро проходили, я стала часто отвлекаться и буквально заставляла себя читать дальше. На одном дыхании эту книгу точно не прочтешь. Растянутость романа заключается в нежелании Сивиллы лечиться, автор пыталась показать, то, как Сивилла не хотела признаваться сама себе в своём странном диагнозе, не пыталась принять свои другие «я». Второй минус романа – это его слог. Во-первых, он очень сложный, это и не художественное произведение, не документалистика, не научная литература, и поэтому в итоге произошла жанровая каша. Во-вторых, язык очень скуден, и слишком много автор повторно описывает эмоции, мысли, переживания главных героев. Буквально через пару предложений автор уж другими словами описывает то, о чем она писала ранее. В-третьих, события развиваются слишком сумбурно, начинается с одного события, затем резко переходит на другое, нет какой-то логической последовательности, кажется, будто сама начинаешь сходить с ума. Но, видимо, благодаря такому построению, можно прочувствовать весь тот хаос, творящийся в жизни и мыслях Сивиллы. Но автору удалось показать детально весь жизненный промежуток Сивиллы. То, как она превращалась из одной личности в другую, она смогла каждого описать так, что их действительно считаешь разными людьми. Читая об этих превращениях, мурашки по коже бежали, порой я думала, что это фантастика, мистика, но, к сожалению, жизнь Сивиллы была именно такой, ей приходилось делить себя с другими «я», мимо нее проходили многие вещи, и она не могла их запомнить. Но Сивилла храбрая, она не сдалась, продолжала бороться, что вызывает к Сивилле и ее доктору симпатию. За них обеих переживаешь и хочешь, чтобы их дело оказалось успешным, и все закончилось бы хэппи-эндом. Думаю, Сивилла заслуживала счастливую и легкую жизнь. Книга заставляет задуматься о том, как мы бываем равнодушны к кому-то, а ведь будь люди внимательнее, попытались бы расспросить Сивиллу о ее жизни, ведь многие догадывались, что происходит что-то неладное, но всем было легче закрыть на все глаза. Подумали, что пусть разбираются сами. Так же книга позволяет больше узнать об этом расстройстве. Если честно, история Билли Миллигана меня впечатлила больше и запомнилась сильнее, а вот эта книга не оставила никакого следа и эмоций бурных не вызвала, к сожалению. Сама история — интересная, но вот подача хромает. Но, я рада, что в итоге жизнь Сивиллы наладилась, и у нее были светлые моменты в жизни, и все благодаря доктору Уилбор, с которой они до самой смерти были дружны.